Потом два стражника побрели через грязь и слякоть к воротам Уотергейт

– Постой, – сказал Нобби, когда они уже взялись за рукоятки лебедок, опускающих решетку. – Там внизу кто-то есть.

– В реке? – уточнил Колон.

Он прислушался. Далеко внизу раздавался скрип весел.

Сержант Колон сложил ладони рупором у рта и издал традиционный боевой клич полицейских:

– Эй! Вы!

На секунду повисла тишина, нарушаемая только шумом ветра и бурлящей воды.

Затем раздался голос:

– Да?

– Вы вторгаетесь в город или как?

Последовала еще одна пауза. Затем:

– Что?

– Что «что»? – поднял ставки Колон.

– Другие варианты есть?

– Не пытайтесь сбить меня с толку… Вы, те, кто там в лодке сидит, вторгаетесь в этот город?

– Нет.

– Честный ответ, – признал Колон, который в такую ночку был счастлив поверить на слово кому угодно. – Ну что же, тогда заплывайте скорее, потому что мы сейчас опустим решетку.

Плеск весел возобновился и вскоре затих вдали вниз по течению.

– Думаешь, этого достаточно, просто спросить их? – забеспокоился Нобби.

– Ну, они-то должны знать ответ, – разумно возразил Колон.

– Ага, но…

– Это была всего лишь маленькая гребная лодка, Нобби. Впрочем, если ты хочешь спуститься на причал по всем этим чудесным обледеневшим ступеням…

– Нет, сарж.

– Ну и пошли тогда обратно в Дом Стражи, ладно?

Вильям поднял воротник пальто и заторопился к мастерской гравера Крипслока. Обычно забитые народом улицы сейчас были пустынны. Только совершенно неотложные дела могли заставить человека выйти на улицу в такую погоду. Похоже, зима будет премерзкой: настоящий холодный суп из ледяного тумана, снега и вечного анк-морпоркского смога.